Nowa Europa Wschodnia (Польша): все бедствия Молдавии

Nowa Europa Wschodnia (Польша): все бедствия Молдавии

«Просто катастрофа. Такой нищеты уже 20 лет не было», — голос Максима дрожит. На фоне пандемии люди в Молдавии просто бедствуют. В первую очередь пострадали те, кто работал за границей. Сама с вирусом Молдавия не справляется. В стране начались финансовые сложности, поскольку бюджет держался на деньгах трудовых мигрантов.

Милош Шиканьский (Miłosz Szykański), Nowa Europa Wschodnia, Польша

«Просто катастрофа. В этом году никто не приедет. Меня уволили, сына тоже, жена пока еще не знает, что будет с ее рабочим местом, — голос Максима дрожит. — Мне осталось только плавать в лодке по Днестру и выращивать овощи в огороде. Такой нищеты уже 20 лет не было».

Максим — один из жителей Молдавии, по которым пандемия covid-19 ударила сильнее всего. Он работал в начальной школе учителем физкультуры и подрабатывал в доме отдыха в курортном Вадул-луй-Водэ на Днестре. В этом году отдыхающие не приехали, не проводились ни концерты, ни спортивные состязания. Трудового договора у Максима, конечно, не было, так что ему даже не полагается скромного пособия. Это повсеместное явление. Одновременно работы лишился его сын, который работал тренером в кишиневском фитнес-клубе. Теперь всех содержит жена Максима, учительница. Но если дети не будут ходить в школу, часть учителей тоже уволят.

Автоматы, направленные в небо

Кризис затронул Молдавию в разных сферах. Первый удар пришелся по эмигрантам, работавшим в Италии. Это самое популярное направление трудовой миграции, там трудятся, по разным оценкам, от 100 до 500 тысяч молдаван. Точное число неизвестно, поскольку подавляющее большинство таких работников имеет румынские паспорта (до включения в состав СССР Молдавия была частью Румынии). Почти каждый молдаванин имеет предка, у которого Сталин отобрал румынское гражданство, сделав советским гражданином. Румыния, сама столкнувшаяся с оттоком населения, охотно раздает свои документы в надежде, что часть «возвращенных» граждан останется там навсегда.

Из-за близости румынского языка к испанскому и французскому популярными направлениями трудовой миграции стали также Испания и Франция. Это именно те страны, которые оказались первыми эпицентрами эпидемии в Европе. Экономика Италии, Франции и Испании в значительной мере зависит от туризма, а тот переживает самый сложный период со времен Второй мировой войны. Все экономические показатели рухнули. Первыми жертвами стали, разумеется, молдаване, которые зачастую работают за границей нелегально (обычно в сфере услуг).

Многие внезапно потеряли работу, а с ней и крышу над головой, которую предоставляли сотрудникам работодатели из сектора туризма и общественного питания. Те, кто снимали квартиру самостоятельно, лишились средств на ее оплату. У эмигрантов выбили почву из-под ног. Многие решили пересидеть кризис на родине, где на накопленные средства (если они у них были) можно было продержаться дольше. Люди стали массово возвращаться, а в Молдавии начало расти число заразившихся коронавирусом. Нулевым пациентом оказалась женщина, вернувшаяся из Италии.

Читайте также  Туристический мегапроект в Саудовской Аравии будет обеспечен электроэнергией за счет ВИЭ

После удара с запада пришел удар с востока. Аналогичным образом выглядела ситуация на втором наиболее популярном у трудовых мигрантов направлении — в России. В первое время заболевших выявляли в основном в Москве. Между тем в российской столице работало столько молдаван, что каждый день в Молдавию оттуда отправлялось 43 рейсовых автобуса, три поезда и несколько самолетов, билеты на каждый из которых нужно было покупать заранее, потому что обычно свободных мест не оставалось. За очередной волной возвращений последовал рост заболеваемости.

Молдавские власти быстро ввели режим чрезвычайного положения, запретили массовые собрания и ограничили свободу передвижения. Однако молдаване больше боялись потерять работу и средства к существованию, чем заразиться вирусом. В итоге на улицы Кишинева следить за порядком направили военных. Тем не менее троллейбусы и маршрутки продолжали трещать по швам, хотя на них и появились наклейки с надписью «staiacasa», то есть «оставайся дома».

Жизнь шла обычным чередом, и только растерянные военные сидели на своих «хаммерах», опираясь на направленные в небо автоматы. Спустя несколько дней военных отозвали. Власти поняли, что врага, с которым они столкнулись, не победишь демонстрацией силы, однако, не придумали ничего лучше, чем закрыть границы.

Благо пандемии

Вариантов у них было мало. Молдавия направляет на здравоохранение чуть больше 4% ВВП. В Польше этот показатель составляет 6,5%. Кажется, разница невелика, но следует помнить, что по ВВП на душу населения Молдавия занимает последнее место в Европе. Молдавская система здравоохранения получает в восемь раз меньше средств, чем польская. В больницах начали заканчиваться свободные койки, впрочем, оборудования там недоставало еще до пандемии.

На начало ноября количество заразившихся коронавирусом в Молдавии достигло 80 тысяч человек, то есть составило почти 3% населения. Это один из самых высоких показателей в мире — 30 500 человек на миллион жителей, как в США, Испании или Бразилии. Следует также учитывать, что заболевших могло быть в Молдавии гораздо больше: тестов там делается мало, каждый пятый оказывается положительным.

И, наконец, последовал третий удар. Торговый баланс Молдавии оставался отрицательным на протяжении практически всего периода после распада СССР. В связи с эти страдал как государственный бюджет, так и бюджеты домашних хозяйств большинства молдаван. Вся система зависит от денег, которые присылают эмигранты из Италии, России, Франции, Испании или Израиля. Доля этих евро, рублей и шекелей в ВВП составляет 16%, что помещает Молдавию в число стран, наиболее зависящих от работающих за границей граждан.

Хорошая зарплата в Кишиневе — это примерно 300 евро. Человек, работающий в сельском хозяйстве, может рассчитывать на половину этой суммы. Между тем цены на продукты, коммунальные услуги или, например, электронику не отличаются от польских. «Евросироты», находящиеся на попечении бабушек и дедушек, или живущая на зарплату мужа женщина с двумя детьми ждут денег из-за границы. Даже в самом маленьком городке можно обнаружить обмен валют и пункты, которые занимаются международными денежными переводами. Так что человек, потерявший работу в Вероне или Москве, сталкивался с неразрешимой дилеммой: переждать пандемию, проедая накопления, или вернуться в Молдавию?

Читайте также  Кипр упростит правила въезда для россиян

У Максима румынского паспорта нет, корни у него украинские, но чувствует он себя советским человеком. В марте он собирался поехать в Германию, где его товарищ владеет строительной фирмой. «Теперь я никуда не поеду. Хорошо, хоть есть огород. Собрал картошку, огурцы, помидоры. Все это после распада СССР мы уже проходили, справимся. Немцы меня бы пустили, если бы у меня был трудовой договор, но у меня его нет», — рассказывает он.

У Марьяны проблема другая. Она живет и учится в Германии, а родных навещала в последний раз год назад. Возвращаться домой она боится. Кишиневский аэропорт частично возобновил работу, но в любой момент ситуация может измениться, границы закроют, и она застрянет в Кишиневе. Марьяна решила найти в Германии работу, чтобы в случае необходимости иметь доказательство того, что она имеет право туда вернуться. Поиск работы в этой стране, однако, был непростым процессом даже в обычное время, тем более для недавнего выпускника. «Я знаю, что это займет еще месяц, два, три. Главное, у меня есть здесь регистрация и накопления на некоторое время», — говорит девушка.

Катя оказалась в гораздо более сложном положении. Она больше двух лет работала в гостинице в Вероне. Регион, в котором находится этот город, пострадал от пандемии не так сильно, как Ломбардия, в провинции Верона даже не вводили карантин, однако, туризм в Италии переживает не лучшие времена. Катя занималась в гостинице уборкой, но когда гостей не стало, ее уволили вместе с другими сотрудниками. Она долго надеялась, что эпидемия закончится, а гости в любой момент вернутся: «Я не лишилась работы внезапно, как многие мои знакомые, все было законно. Мой начальник — хороший человек. Он сказал, что если появятся туристы, возьмет меня обратно, но они не приехали, тогда я собрала чемодан и вернулась в Молдавию. У пандемии есть и хорошие стороны. Я впервые за три года побывала в родном селе в сентябре во время сбора винограда. Мне очень этого не хватало».

Две кривые

В советские времена молдавская экономика опиралась в первую очередь на сельское хозяйство. Площадь Молдавии составляла всего 0,15% от площади СССР, но эта республика поставляла 10% вина, овощей и фруктов. В аграрном секторе работало большинство жителей страны. Сейчас доля сельского хозяйства в молдавском ВВП составляет 10%, в нем занята треть работоспособного населения. 2020 год принес не только пандемию, но и засуху, с которой не смогло справиться руководство страны: оно не оказало аграриям существенной помощи, и те стали выходить на улицы. Это стало огромной проблемой для президента Игоря Додона и его Партии социалистов, которая привлекает избирателей, апеллируя к пророссийским идеям и ностальгии по Советскому Союзу, а ищет приверженцев в первую очередь на селе. Кризис может дополнительно подстегнуть миграцию из сельской местности.

Читайте также  Молодым везде у нас доплата

Рост антиправительственных настроений привел к тому, что в первом туре президентских выборов неожиданно одержала победу кандидатка проевропейской и либеральной партии «Действие и солидарность» Майя Санду. Додон встретился с ней во втором туре 15 ноября и вновь потерпел поражение.

По официальным данным, с момента распада СССР Молдавия лишилась уже 30% жителей. Убыль особенно заметна на севере страны: примерно треть людей уехала оттуда навсегда, треть проводит за границей большую часть года, остальные — это занимающиеся внуками пенсионеры. Такое явление накладывает отпечаток на молдавский рынок недвижимости. Можно обнаружить объявления о продаже в опустевших деревнях домов с садом за 1 тысячу евро (это, конечно, будет строение, возведенное 70 лет назад из саманного кирпича). Солидный современный дом можно приобрести за полтора десятка тысяч евро. В обоих случаях хозяева, скорее, не надеются на то, что им удастся найти покупателей. Такая недвижимость служит обычно летней дачей. В этом году все было иначе: многие люди, как, например, Катя, провели в таких домах больше времени, чем обычно. Однако цены на недвижимость в Молдавии не выросли.

С тревогой следит за ситуацией Лора, которая живет в Люксембурге и работает в Европейском центре поддержки выборов (ECES) — фонде, который занимается мониторингом избирательных процессов и продвижением демократических стандартов в мире. Она была наблюдателем на выборах в 16 странах, в том числе у себя на родине. В апреле Лора не смогла полететь в Кишинев из-за отмены самолетов, а в августе опасалась, что границы снова закроют. Центр не решился отправить ее с миссией на молдавские президентские выборы. Власти Молдавии заявляли, что хотя в стране размером с одно польское воеводство каждый день выявляют тысячу зараженных, безопасному и демократичному проведению голосования ничто не угрожает.

Кривая заболеваемости продолжает идти вверх, неизменно выглядит лишь график, демонстрирующий количество эмигрантов: каждый год их оказывается примерно 40 тысяч человек (1,5% населения). Все, однако, указывает на то, что эпидемия может ускорить процесс миграции, и когда первая кривая начнет сглаживаться, вторая тоже изменит свою форму.

Добавить комментарий